суббота, 2 июля 2016 г.

Зачем иностранцы вывозят бродячих собак из России.

"МК" выяснил, по каким схемам переправляют бездомных псов за границу.

Российских детей, оставшихся без попечения родителей, давно запретили усыновлять гражданам большинства стран Запада. Казалось бы, больше страну не может покинуть ни одно обделенное любовью близких людей существо. Ан нет. В последнее время из России начали активно вывозить бездомных животных. Пока нет закона, который запрещал бы собакам, оставшимся без попечения хозяев, покидать пределы родины.

Так зачем иностранцам наши, порой изуродованные, обреченные на скитания, болезни, а порой и гибель животные? Недоброжелатели сразу же выдвинули, видимо, самую близкую их самосознанию версию: собак берут на опыты. Спецкор «МК» провел собственное расследование и выяснил: кому выгодно нагнетать истерию и по каким схемам на самом деле переправляют бездомных собак за границу? И как складывается судьба «двортерьеров» «за бугром»?

Многие российские животные-инвалиды отправились на ПМЖ в Германию благодаря казанскому активисту немецкого общества «Помощь собакам из России» Марии Гурьяновой.

— Сейчас у нас в Казани работает целая команда. У всех разные специальности, я, например, работаю в IT-компании, есть юристы, — рассказывает Мария. — Сначала каждый из нас самостоятельно подбирал бездомных животных, лечил, пытался найти для них дом. Потом мы объединились. Одни возят кошек и собак в ветеринарную клинику, другие забирают со склада корма или ездят убираться в частную передержку. У нас полная взаимозаменяемость.

На международный уровень казанским волонтерам помог выйти случай.

— Два года назад на железной дороге в Юдине я подобрала щенка, у которого поездом отрезало две задние лапы. В клинике ему оказали первоначальную помощь. Я понимала, что для такого крохи в России вряд ли найдутся хозяева, и тогда обратилась за помощью в различные зоозащитные международные организации. Откликнулась только Наталья Грачева. Эта русская женщина отличается безграничной любовью к животным. Живет она в городке Аахен, на границе трех государств — Германии, Бельгии и Голландии. Имея за плечами несколько высших образований, она является владельцем и директором крупной немецкой консалтинговой компании.

— Наталья прислала мне список прививок, я начала готовить щенка к переезду. Вскоре в Германии нашелся желающий взять к себе пса с ограниченными возможностями. Мы приехали со щенком в Москву, где нам уже начали помогать московские волонтеры. Самолетом мы отправили бедолагу в Германию.

Потом волонтеры возле железной дороги подобрали маму щенка-эмигранта и его братика, которые также пострадали от поезда.

— У взрослой собаки были отсечены кончики лап. Ей и щенку также нашлись хозяева в Германии. Позже я съездила в гости к Грачевой и посмотрела на наших пристроенных собак. Маме щенков сделали протезы, на которых дворняга довольно быстро и ловко передвигалась. С тех пор мы начали тесно сотрудничать.

Только из Казани в Германию уехали 381 собака и две кошки, одна из которых была без задних лап.

Мария Гурьянова показывает фотографии найденышей, которые нашли дом на немецкой стороне.

— Это инвалид Джерри, которого нашли на помойке. Возможно, ноги ему отгрызли крысы или у него была какая-то травма. Джерри лежал больной, никому не было до него дела, люди подходили, выбрасывали мусор и спокойно шли домой. Мы забрали собаку, отвезли ее в клинику, потом определили на передержку. Радости нашей не было предела, когда Джерри взяла к себе в дом семья из Казани. Но спустя несколько месяцев собаку нашли на улице… Хозяева передали пса своим знакомым, а те просто выбросили его на дорогу. К спасению Джерри подключились активисты, собаке сделали хорошие протезы, а потом нашли для нее в Германии семью. Сейчас Джерри живет в семье с четырьмя детьми. Ребятишек с детства учат быть милосердными. Они пишут, какое Джерри для них одно сплошное счастье!

Еще одну собаку, Мерседес, волонтеры забрали из службы по отлову безнадзорных животных. Потом она окончила несколько школ для собак с отличием.

У одноглазого, хромого Черныша в России было мало шансов найти дом. А в немецкой семье он стал всеобщим любимцем.

— У хозяев были маленькие дети и жили две кошки. Они искали собаку, которая смогла бы со всеми ними поладить. Несколько раз они были в местном приюте, но подходящей собаки так и не нашли. Те, что были терпимы и к детям, и к кошкам, расходились моментально. «Правильный» пес нашелся в России. Хозяева были поражены, когда узнали, что добрейшее черно-белое создание с одним глазом никто не хотел брать. Вот воспоминания хозяйки: «Мы прошли проверку, все подготовили, и 15 октября 2015 года к нам приехал Черныш. Посадили его в машину, и пес робко лизнул мне руку. У меня чуть сердце не остановилось! И вот теперь он живет у нас. Это невероятный, удивительный, самый лучший пес на свете! Любит детей, ладит с кошками, в доме не пачкает, без проблем остается один и охотно ездит в машине. Как здорово, что никто не пожелал взять Черныша и он теперь наш. Да, он одноглазый, хромой, но мы не отдадим его никому!»

— Вообще, наши русские дворняжки очень расцветают в Германии, становятся совсем другими, — говорит Мария Гурьянова. — Взять хотя бы Джози, которая жила около помойки, или Дину, которая обитала на остановке. Что ждало взрослых, грязных, блохастых дворняг в России? А ведь блохи выводятся за один день. И при правильном обращении и обучении собаки становятся послушными и управляемыми. Сейчас новые хозяева не могут Джози и Дину нарадоваться, считая их самыми добрыми, умными и преданными. Собаки получают на день рождения подарки!

■ ■ ■

50 собак из отправленных в Германию были либо без одной лапы, либо без уха, еще пять — спинальники, с повреждением позвоночника. Немцы сделали для них протезы и специальные коляски.

— В соцсетях идут дебаты. Многие задаются вопросом: зачем немцам наши собаки-инвалиды?

— У них ценности другие, — говорит Мария Гурьянова. — Наши люди хвалятся своими породистыми собаками, за которых заплатили большие деньги. А у европейцев все по-другому. Я видела, как одна женщина говорила другой: «У меня три собаки: одна из Румынии, вторая с Украины, третья — из России». Она искренне радовалась, что выбрала этих бобиков, смогла их спасти. Европейцы рассуждают так: «Зачем покупать породистую собаку, если можно помочь бездомной, сделать ее счастливой».

Директор международного фонда защиты животных IFAW Мария Воронцова считает, что в российском обществе есть недоверие друг к другу и к представителям других стран.

— Действительно, сейчас много собак уезжает в Европу. И это совершенно нормальная ситуация, — говорит Мария Воронцова. — Там есть культура гуманного отношения к животным. Она приветствуется обществом и подкрепляется законодательством. Например, в той же Англии первое уголовное дело за жестокое обращение с животными было заведено еще в 1822 году. У людей есть естественное желание помочь братьям нашим меньшим. Часто животных вывозят из районов стихийных бедствий — после землетрясений, наводнений. Если потерявшихся животных не удается вернуть хозяевам, им ищут новый дом. И находится немало желающих по всему миру принять потеряшек. Например, моя подруга, живущая на Аляске, взяла себе собачку, которая потеряла хозяина во время землетрясения в Китае. Отрадно, что и в России сейчас ситуация меняется к лучшему.

— Несмотря на то что зоозащитное движение в России набирает обороты, сознательность россиян пока далека от сознательности европейцев, — говорит в свою очередь Наталья Грачева. — Помогать нуждающимся в Европе давно стало правилом хорошего тона, а проявление милосердия рассматривается не иначе как норма жизни.

фото: Из личного архива Дина до отъезда...
фото: Из личного архива ...и после.
Собаки в Германии не знают, что такое цепь. Они ходят в специальные школы. Для хозяев, приютивших животных из России, обязательно посещение коммуникатора животных (Tierkommunikator). Хозяева и их питомцы учатся лучше понимать друг друга. А потом владельцы псин присылают российским волонтерам фотографии с собачьими сертификатами.

— Бывшие дворняги отлично выполняют команды, ходят на поводке, — говорит волонтер Мария Гурьянова. — Их хозяева хвастаются успехами своих подопечных, рассказывают, чем они отличились в школе, сколько выполнили прыжков, как ловко одолели наклонную лестницу. Собаки в Германии не бросаются на людей, они все строго кастрированные и стерилизованные. И хозяева ими занимаются.

Если собаку отдают в Германию, все понимают, что хозяева должны нести расходы. Они готовятся, получают разрешение от своих ветеринарных организаций и платят по 300–350 евро за перевозку. Опять же, собаке может потребоваться операция, так что хозяева должны быть материально обеспечены.

Содержать собаку в Германии — недешевое удовольствие. Хозяева за каждый «хвост» платят налог. У Грачевой, например, в доме 10 дворняг, из них четыре из Казани, четыре из Москвы, одна из Липецка и еще одна из Владикавказа. Один из обитателей, самый шустрый, — трехлапый Ральф. Наталья платит достаточно большой налог, на одну собаку в год — около ста евро, за вторую уже идет удвоенная сумма — 200 евро. То есть чем больше у хозяина собак, тем больше налог. На эти средства и существуют приюты в Германии.

— И это не считая еще ветеринарных услуг, которые в Германии весьма высоки, — поясняет Гурьянова. — Мы с Натальей Грачевой ездили в местную клинику стерилизовать одну собаку, за операцию потребовалось заплатить тысячу евро. Для меня это был шок. Мы у себя в Казани находим врачей, которые идут нам навстречу и соглашаются провести стерилизацию собаки за 2–2,5 тысячи рублей.

В Германии никому не приходит в голову выбросить на улицу свою собаку. По вшитому в холку чипу моментально определят нерадивого хозяина, которому за жестокое обращение с животными придется заплатить внушительный штраф.

■ ■ ■

— Есть немало россиян, которые считают, что наших дворняг увозят за границу для опытов и экспериментов.

— Наши люди, может, потому не верят в добро, что сами не могут по-доброму относиться к собакам, — считает Гурьянова. — Я нередко слышу: «Сколько ты за это получаешь?» Когда говорю, что ничего не получаю, более того, нередко трачу свои собственные деньги, люди не верят. В их сознании не укладывается, что может быть по-другому, что мы занимаемся этим бескорыстно.

А опыты невозможно ставить на собаках-дворнягах хотя бы потому, что неизвестны их родословная, генетическая линия и условия, в которых они росли. Результаты были бы недостоверными. Это раз.

По закону в Германии никто не имеет права ставить опыты на наших собаках. Это невозможно чисто юридически. Это два. Все собаки въезжают в страну с чипами и сразу заносятся в базу. За каждой из собак ведется наблюдение и предоставляется отчет. Помимо волонтеров к ним приезжает ветеринарная служба, проверяет, в каком состоянии находится собака.

Наталья Грачева объясняет, что со всеми новыми владельцами собак и кошек заключается договор, который позволяет проследить дальнейшую судьбу животного.

— Вывоз животных для экспериментальных целей совершенно неприемлем для нас, так как он противоречит не только цели нашей деятельности, но и этической позиции нашей организации. Все используемые для экспериментов животные документированы, и их происхождение можно проследить, что само по себе исключает использование бездомных российских животных. Неким политическим силам, видимо, выгодно создать сомнительную репутацию организации, которая работает в интересах бездомных российских собак и кошек и которую они по какой-то причине считают неудобной.

Волонтер Мария Гурьянова предлагает включить логику:

— Сейчас немецкие зоозащитники собираются купить в пригороде Казани землю, чтобы организовать приют для кошек и собак. Они приезжают к нам, чтобы помочь кастрировать бездомных животных. Покупают протезы, коляски, оплачивают дорогостоящие операции. Скажите, зачем им это делать, если животные им якобы нужны для опытов? В этом случае дешевле и проще было бы возить собак из Румынии, где обитает достаточно большое количество дворняг.

— Вы говорите, что потом получаете фотографии пристроенных собак. Стоит ли беспокоиться, если фотоотчет не приходит?

— Есть люди, которые просто не любят фотографироваться. Например, мы передали одной немецкой семье собаку. За год не получили ни одного снимка, начали беспокоиться, писать письма. Потом выяснили, что семья выбрала вторую бездомную собаку из России. Когда волонтеры привезли им пса, сфотографировали и первого приемыша. Мы не могли его узнать, настолько он стал статным и красивым при хорошем уходе.

— Вам не приходилось слышать, что бездомных собак в России огромное количество, а вы спасаете лишь сотни?

— Есть хорошие слова, дословно не помню, но смысл такой: «Спасение одной собаки не изменит мир, но мир кардинально изменится для этой собаки». Волонтеры нашей организации живут этими историями, радуются каждой фотографии животного, которое нашло свой дом. Осознание того, что ты стал проводником к его лучшей жизни, — счастье, которое не купишь.

Светлана Самоделова
Фото: Из личного архива .